Журнал "Вокруг Света" №4 за 1999 год - Вокруг Света

При этом, как водится у европейцев в тропиках, оба мы были слегка простужены из-за разницы в уличной и гостиничной, кондиционированной, температурах.

Все, сказанное выше, имеет прямое отношение к нашим впечатлениям от гор Гентинг.

...Дорога вдруг круто взяла вверх, и перед нами открылась гора, увенчанная небоскребом. Далее — еще один, а потом что-то вроде многоярусной пагоды. Но стоило нам выйти, как все это пропало: стремительно спустилась плотная пелена тумана. Мы остановились у окаймленного керамическими жгутами входа. Над входом восседал многотонный бетонный Будда, так же стремительно исчезавший в тумане: скрылся лик, скрылись плечи, скрылся пуп. Было холодно, по-настоящему холодно.

Термометр в холле показывал +23,4 градуса.

Вознесясь на бесшумном лифте почти на самую верхотуру, мы выглянули в окно, но не увидели ровным счетом ничего — к толстенному стеклу прижалось плотное кисельно-молочное облако.

— Сэламат датанг! Добро пожаловать в Гентинг хайлэндз, сэр и сэр! Вы находитесь на высоте порядка 2000 метров, — торжественно объявил нам черноликий тамил, гостиничный служащий.

Дремота, одолевавшая нас в «тойоте», пока та карабкалась в гору по гладкому асфальтовому серпантину, развеялась мгновенно. Это после того, как неестественная для Малайзии прохлада покрыла наши спины мурашками уже на вершине, где среди густых зарослей тропического леса врезался в облака суперсовременный город казино и развлечений Гентинг — империя малайзийского миллионера-китайца по имени Лим Го Тонг. Ему удалось создать корпорацию игорного бизнеса в сугубо мусульманской стране, где азартные игры вообще строжайше запрещены согласно исламской государственной морали. Сказочно богатому Лиму удалось добиться для себя исключения и получить от короля малайский титул «тун», что приблизительно соответствует английскому «лорд». (Собственно говоря, сказочно богатым он и стал благодаря этому исключению. До этого он был просто миллионером.)

Высокогорье Гентинг в штате Паханг, в полусотне километров от Куала-Лумпура, оказалось совсем не таким, каким мы ожидали его увидеть. Мы-то, путешественники, думали оказаться на горных тропах, петляющих между крохотными деревеньками горцев-аборигенов со всей подобающей экзотикой. Взорам же открылись шикарнейшие, вырастающие друг из друга белоснежные корпуса отелей и апартаментов в аренду, теряющиеся в облаках гондолы канатных дорог, чудесный парк с водоемами, простирающиеся на зеленых склонах лучшие в Малайзии поля для гольфа и современный буддийский храм китайского толка с гигантской серой статуей Будды. Пожалуй Будда, — единственный, кто остается совершенно равнодушным к чудесам, созданным под облаками Лим Го Тонгом. Впрочем, лица людей были тоже равнодушно вежливы, как того требует китайское воспитание: почти все гости были богатыми китайцами из всех южных стран.

Чудеса были окутаны облаками и надвигавшейся ночью. Мы пробежались по нижним этажам-лабиринтам гостиничного комплекса в сопровождении шустрой молоденькой мисс Кристины Тео — сотрудницы маркетинговой группы компании «Ризортс Уорлд», входящей в бизнес-империю Гентинг.

— Если будете выходить на улицу, советую взять напрокат куртку-ветровку. Сами понимаете, в других местах Малайзии она и вовсе не понадобится, а здесь, по нашим меркам, — морозы, опускающиеся до плюс 16 градусов по Цельсию.

Нам не привыкать, решили мы, хотя мурашки так и преследовали нас даже в кондиционированных залах и коридорах внутри отеля.

Европейцев, кроме нас, мы встретили в лифте. Их было двое — долговязые белобрысые парни с телеаппаратурой. Одетые, как и мы, они слегка ежились.

— Вы откуда? — спросил один.

— Из России, — ответствовали мы. — А вы?

— Из Норвегии.

А другой добавил:

 —Ну наконец-то мы с вами узнали, что такое мороз, — и выразительно щелкнул себя по горлу.

А вокруг шли в разные стороны сотни китайцев в свитерах и куртках. Здешняя прохлада их, несомненно, радовала.

Убранство гостиницы ошеломляло помпезностью. Черные мраморные колонны, украшенные золотыми ободками с цветочными узорами, подпирали своей нарочитой прочностью куполообразный свод, вне сомнений являвший собой подсвеченный ультрамариновыми лампами образ неба с красным солнцем посередине. Под ним расправили крылья благовестные белые журавли. Они так устыди в вышине над двумя скрещенными гигантскими бивнями мамонта. Невдалеке присоседился греческий белокаменный заборчик с пузатыми колонками, знакомый нам по отечественным паркам культуры и отдыха, только вместо гипсовой девушки с веслом в высокогорном дворце стояла сильно уменьшенная в размерах гипсовая Статуя Свободы. Все это перемежалось разного рода ресторанами, кафе, барами и салонами моднейшей одежды.

Но не прохлада и не роскошный сервис — главное в империи Гентинга. Туда приезжают играть — обтянутые алым и бильярдно-зеленым бархатом столы казино, ряды слот-машин, выкачивающих из карманов денежки у любителей быстрой удачи, никогда не пустуют. Надо сказать, что у трудолюбивых и деловых китайцев есть одна, можно сказать, национальная слабость: любовь к азартным играм. Даже мелкий лавочник, трудящийся без выходных, завершив за полночь подсчет выручки, не ляжет спать, не сыграв партию-другую в карты или маджонг. С соседом или хотя бы с женой. А сюда приезжают только богатые люди. Отдохнуть раз в год. И уж поиграть! Причем приезжают целыми семьями — пока главы семейств испытывают судьбу и в азарте просиживают за игрой, мамы с детьми прекрасно проводят время. Развлечения найдутся для любого возраста.

Бродя по сверкающим огнями лабиринтам, мы окунулись в зыбкую реальность царства компьютерных игр. В бесконечных залах сладко купались, как в растаявшем шоколаде, подростки и детвора. Ерзая в космических креслах за пультами, юные гости высокогорья не отрывали раскосых глаз от широченных экранов. На них, над фантастическими городами-небоскребами, разворачивались натуральные на вид и звук воздушные сражения космолетов с лазерными пушками. Бросай монету — и рядом можно поучаствовать в гонках автомобилей, пострелять в известных плохих дядей из голливудских кинолент. Тот же, кому не нравится электроника, пойдет в тир с пневматическим оружием.

...За окном номера — густое молоко, монотонно бьют капли. Но ведь, наверное, эта прохлада входит в понятие счастья для людей, живущих в тропиках? Прохлада, роскошь, игры — Замок счастья для богатого китайца из жаркой страны...

Утром, после завтрака, появился служащий отеля, низенький тамил, представившийся как Гоби, и радостно отметив, что, кажется, небо проясняется, любезно предложил экскурсию под открытым небом по миниатюрному диснейленду. Прямо в отеле мы сели в гондолу канатного фуникулера и, слегка покачиваясь, поплыли над чистой воды озером, обвитым железной дорогой и монорельсом для поездов из будущего. Клочки облаков местами забивались в уголки парка, гонимые дуновениями воздуха из вращающихся каруселей и вагончиков «американских горок» (называем так для удобства понимания нашего читателя, ибо они известны более в мире как «русские»; так же они назывались и в Гентинге).

— «Земля, забытая временем», — вот куда мы идем. Это на волшебной горе, — объявил Гоби, кивая в сторону скелета динозавра, который вытягивался из-под облачной шапки заросшего папоротником холма.

Деревянная табличка подтверждала, что мы находимся именно в том месте, о котором упомянул Гоби, и приглашала подняться по ступеням, уходившим прямо в зубастую пасть гигантского черепа ископаемой рептилии.

Пересев под навес широкой лодки, мы заскользили сквозь легкую дымку по глади воды вокруг «Горы чудес». Несколько минут пути — и за поворотом механический слон выдал из хобота фонтан брызг, после чего лодка двинулась в неожиданно открывшуюся пещеру. Глаза еще не привыкли к мраку, как вдруг раздался раскатистый грохот, и где-то в глубине пещеры обозначился извергавший красную лаву вулкан. Бархатный голос диктора, записанный на пленку, начал просветительскую речь о том, что творилось на нашей земле сотни миллионов лет назад. Сквозь заросли пальм и гигантских папоротников по очереди появлялись ревущие динозавры, будто сошедшие с экранов спилберговских фильмов. В отличие же от «Парка юрского периода», к счастью, ископаемые ящеры — лишь чучела, начиненные механическими деталями и электроникой. Но выглядели они весьма натурально.

— В нашем парке дети не только отдыхают и развлекаются, но и получают знания, — пояснил Гоби. — Вот мы и сопровождаем происходящее в пещере голосом диктора на том языке, какой понятнее гостям. Для вас — по-английски. Но чаще — на гуандунском диалекте китайского.

...В полдень мы собирались уезжать. Небо очистилось, и в приятной прохладе шли из гостиницы плотно одетые гости. Но не успели мы доехать до первого поворота вниз, как внезапный туман вновь скрыл от нас Замок счастья.